Зубная щётка пополам: как мы делили щетину, пасту и право на утреннюю свежесть, а судья сказал: «Общая щётка не лечит кариес в отношениях»
В моём кабинете запахло не табаком и не духами — запахло мятной пастой и электрическим жужжанием, которое, казалось, до сих пор вибрировало в воздухе после утренней ссоры. Напротив меня сидел Игорь — мужчина лет тридцати пяти, в помятой рубашке, с красными от недосыпа глазами и выражением лица человека, которого только что лишили не просто гигиенической принадлежности, а права начинать день с чистыми зубами. Он поставил на мой стол стаканчик с зубной щёткой — электрической, со сменной насадкой, — и бережно положил рядом тюбик пасты.
— Василий Юрьевич, — начал он, сжимая щётку так, будто это был пульт от последней надежды, — мы с Аленой развелись. Два месяца назад. Поделили квартиру, мебель, посуду, даже полотенца. Но эта щётка… — он покрутил ею в воздухе. — Она одна. Электрическая, дорогая, с тремя режимами. Мы купили её в браке, и у неё сменные насадки. Но Алена говорит: «Щётка общая. Щетина слева — твоя, справа — моя. Паста тоже пополам. Чистим зубы по очереди». Вы представляете? По очереди! Я встаю в семь, она в восемь. Я чищу левую сторону зубов, она — правую. А что делать с передними? Они что, ничьи? Я предлагаю купить вторую ручку, так она говорит: «Это расточительство. Мы и так в долгах после развода. Будем пользоваться одной». И она уже пометила насадку маркером: синяя полоска — моя половина, красная — её. Я чищу зубы и боюсь задеть её половину. Это не гигиена, это минное поле!
Я закурил сигару и откинулся в кресле. Дело о зубной щётке стало логичным продолжением эпопеи бытовых разделов, которую я вёл последние месяцы. Игорь, программист, и Алена, дизайнер, прожили в браке пять лет. Щётку купили на втором году — премиальную, с Bluetooth и приложением, которое отслеживало качество чистки. После развода они остались в общей квартире, потому что продать её быстро не вышло. Ванная комната стала последним бастионом неразделённого быта.
— Она даже график составила, — продолжал Игорь, доставая из кармана помятый листок. — Мне — утренняя чистка, ей — вечерняя. Но утром я спешу на работу, а она в это время ещё спит. Я включаю щётку — она просыпается и кричит: «Ты вибрируешь слишком громко, у меня мигрень!» А вечером я прихожу поздно, а она уже почистила зубы и положила щётку в стакан, не ополоснув. Говорит: «Там пасты не хватило на твою половину, извини». Я чувствую себя ребёнком, которому не досталось сладкого. Я требую раздела!
Мы подготовили иск. Я постарался придать ему максимум юридической серьёзности, хоть и понимал, что это, пожалуй, самый абсурдный документ в моей практике: «Прошу определить порядок пользования совместно нажитым имуществом — электрической зубной щёткой марки Oral-B с насадкой и тюбиком зубной пасты — путём закрепления за истцом права пользования левой половиной щетины, а за ответчицей — правой. Установить очерёдность чистки: истец — утренние часы, ответчица — вечерние. Пасту делить поровну по длине выдавливаемой полоски. Запретить ответчице метить насадку маркером и чистить зубы с превышением шумового порога в 40 децибел. В случае нарушения — обязать ответчицу приобрести вторую насадку за свой счёт». Алена подала встречный иск: «Обязать Игоря не оставлять щетину влажной после использования и не использовать режим отбеливания, так как это ускоряет износ батареи».
Судья — Иван Трофимович, который уже давно перестал удивляться, — прочитал оба заявления и только вздохнул: «Щётка… У меня внуку такую подарили на Новый год. Но он её не делит. Он единоличник». Алена, пришедшая с подругой-свидетельницей, заявила: «Он не уважает мою половину. Я пометила красным, а он всё равно заезжает на мою территорию. Я потом чувствую его запах. Это неприятно». Игорь парировал: «А ты оставляешь волосы на щетине. У меня они потом во рту. Это гигиенично?» Судья записал: «Волосы на щетине — нарушение».
Я вызвал свидетеля — соседку Клавдию Ивановну, которая уже не раз помогала правосудию в наших делах. Она пришла с очередной салфеткой и рассказала: «Я слышу, как у них по утрам жужжит. Сначала жужжит, потом крики, потом тишина. Один раз Игорь вышел на лестничную клетку и чистил зубы пальцем. Я предложила ему свою старую щётку — он отказался. Сказал, что это принцип». Алена обернулась к нему: «Ты чистил пальцем?» Игорь потупился: «Ну да. А что делать? Ты щётку спрятала». Алена смутилась: «Я не прятала, я поставила в шкафчик, чтобы пыль не попадала».
Эксперт — стоматолог Аркадий Петрович, пожилой врач с бородой, — осмотрел щётку под лупой и выдал заключение: «Щётка в хорошем состоянии, но насадка требует замены каждые три месяца. Данная насадка использовалась уже полгода. Делить щетину на левую и правую половины антисанитарно: бактерии не признают границ. Кроме того, использование одной щётки разными людьми повышает риск передачи кариесогенных микробов. Рекомендую: немедленно прекратить совместное использование, приобрести вторую ручку или хотя бы отдельные насадки. Пасту хранить отдельно, чтобы избежать перекрёстного заражения». Игорь победно посмотрел на Алену. Та опустила глаза.
Судья предложил мировую: щётку вернуть Алене, поскольку она — хранительница очага и ванной комнаты. Игорю — купить новую, но Алена компенсирует половину стоимости. Насадку утилизировать вместе с разводом. Игорь и Алена согласились. «А знаешь, — вдруг сказала она, — я куплю тебе такую же, только синюю. Чтобы ты больше не лез в мою». Он улыбнулся: «А я куплю тебе розовую пасту. Ты всегда хотела с клубникой, а я брал мятную». И они вышли из суда, обсуждая, кто пойдёт в аптеку.
Я записал новый афоризм: «Общая зубная щётка не лечит кариес в отношениях. Если ваш брак треснул, не делите щетину. Просто купите каждый свою насадку. Потому что свежесть дыхания — дело личное, а вот горечь во рту от обид — общая. И её не счистить никакой щёткой».
Статью подготовил адвокат Васильцов Василий Юрьевич.